Последние публикации
Друзья сайта
Никак не можешь бросить курить? по выгодной цене можно здесь!

Давно мечтаете о теплом поле в доме? Рекомендуем электрический здесь и сейчас!

Наш опрос

Какой фильм скорее тронет вас до слёз?

    Просмотр фильма

Просмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Франсуаза Саган. Биография, личная жизнь. Лучшее из ее жизни

sagan_1Франсуаза Саган. Первый роман

Поначалу никто, даже глава издательства Рене Жюйяр, не то что не мог вообразить такой успех, но даже не верил, что эта девушка — настоящий автор романа. Ей же всего 19! А она мало того что описала радости плотской любви (в пуританской на тот момент Франции это стало своего рода революцией), так еще и подняла такие сложные философские вопросы, что не каждый взрослый в состоянии их осмыслить. «Вы же просто посыльный? А где настоящий автор?» — спросил в тот день мсье Жюйяр, когда Франсуаза пришла узнать о судьбе своей рукописи. «Нет, мсье, я и есть автор. Вот, посмотрите», — улыбнулась она и протянула ему черновик — три тетради, плотно исписанные округлым детским почерком. «Неужели вы сами все это испытали?» — намекая на излишнюю откровенность любовных сцен главной героини, 16-летней Сесиль, недоверчиво покосился Рене. «Нет, это все произошло лишь в моей фантазии, мсье», — чуть улыбнувшись, ответила юная писательница. Директор издательства рассыпался в похвалах, обещая девушке скорую славу. Она шла домой и раздумывала: неужели правда? Неужели гадалка, к которой юная мадемуазель Куарэ забежала перед визитом сюда, была права? «Деточка, вокруг вас сияет слава, — сказала она. — Вы только что написали роман, который пересечет океан». Интересно, что там, за океаном? И действительно ли ее ждет такой успех?

Удивление возросло еще больше, когда мсье Жюйяр вызвал ее к себе и вручил чек на полтора миллиона франков. Бешеные деньги! Засоветом, как с ними обойтись, она пришла к отцу. Вот он сейчас увидит, что своим талантом Франсуаза заработала такую сумму, и переменит решение о ее планах стать писателем! «Потрать их немедленно, — нахмурившись, сказал мсье Куарэ. — Шальные деньги не приносят добра, особенно в твоем возрасте». Франсуаза снова поджала губы и ушла.

Первым делом она купила подержанный красный «ягуар» — страсть к машинам и быстрой езде была вторым ее увлечением. Еще яхту — это тоже скорость. Роскошное норковое манто — она читала, что каждый уважающий себя представитель богемы обязан его иметь. И виллу на Лазурном берегу — чтобы там кутить с друзьями.

Ее новое жилье сильно отличалось от привычного родительского дома. Если с детства как способ развлечения взрослых она видела только невыносимо скучные обеды и салоны, которые устраивала ее мать и на которых она же блистала, то теперь можно было созвать приятелей и случайных знакомых и устроить веселую попойку. Не то чтобы Франсуазе очень хотелось смотреть на бесконечную череду незнакомых лиц, но отказаться от такой жизни она не могла. Во-первых, это кардинально отличалось от ее прежней жизни, которая опротивела ей хуже горькой редьки. Во-вторых… «Это не более чем маска, которую маме пришлось носить после невообразимого успеха ее первого романа, — расскажет много позже ее единственный сын Дени Уэстхофф. — Когда она на свой первый гонорар купила «ягуар», пошли разговоры о том, что Франсуаза сидит босиком за рулем и носится по дорогам со скоростью 200 километров в час. Говорили, что Саган содержит целую банду прихлебателей, устраивает попойки в ночных клубах. Ей нравилось прятаться за этими сплетнями».

Франсуаза Саган «Смутная улыбка»

Пряталась она крайне удачно — случайные знакомства, случайные интрижки, стремительная езда и бесконечный карнавал. Но однажды ее снова вызвал к себе мсье Жюйяр. «Деточка, если вы не напишете второй роман или он хоть на йоту будет хуже предыдущего, то вас объявят однодневкой, и уже через месяц никакие кутежи не помогут вам удержаться на слуху», — сказал он. Франсуаза засела за печатную машинку, но набитый за день текст после вечерней читки яростно отправлялся в корзину. Вечеринки больше не веселили ее, в толпе лиц она чувствовала себя бесконечно одинокой, потерянной, сбившейся с пути. Спасала только работа — с завидным упорством она искала сюжет своего второго романа. И нашла. В 1958 году появилась «Смутная улыбка». В канун выхода романа в свет Франсуаза не могла уснуть, все пила вино бокал за бокалом и курила сигарету за сигаретой.

Когда наступило утро, она не чувствовала ни усталости, ни хмеля, ходила из угла в угол и ждала. И лишь когда издатель позвонил и сказал: «Хвалят. Говорят, не хуже» — шумно выдохнула и упала на подушку. Второй роман приняли.

Она отправилась в свое первое турне от Иерусалима до Нью-Йорка. Сопровождал ее очаровательный 24-летний фотограф Филипп Шарпентье — брюнет с голубыми глазами. Он был столь же обаятелен, сколь глуп — Филипп едва прочел с десяток книг. «Смотри не влюбись», — напутствовал ее Жюйяр. Франсуаза хмыкнула.

sagan_3Франсуаза Саган. Личная жизнь

«Совсем не обязательно говорить с человеком о литературе, иногда достаточно просто танцевать с ним», — оправдываясь перед самой собой, решит Саган, когда осознает: с ней приключилась первая любовь. Впрочем, как это часто бывает, длилась она недолго — по окончании тура Филипп без зазрения совести уйдет к другой. «Одна. Ну и что, в конце концов? Я женщина, любившая мужчину. Это так просто, не из-за чего тут меняться в лице» — все, что решит для себя Франсуаза. И вернется к жизни, полной вечеринок, мотовства и безумных скоростей.

«Быстрая езда снимает остроту любовных переживаний. Как ни теряй голову, при скорости двести в час любовь отступает на задний план», будет говорить она.

Но однажды этот способ отвлечься сыграл с ней дурную шутку. Автомобиль, в котором за рулем сидела Саган, не вписался в поворот и вылетел на обочину. Переломы, сотрясение, кома… Она пришла в себя в больнице, вся перемотанная бинтами. У койки сидел давний приятель, издатель Ги Шеллер. «Давай-ка, девочка, я на тебе женюсь, пока ты не натворила еще каких-нибудь глупостей», — сказал он. 22-летняя Франсуаза привычно хмыкнула, а после выписки неожиданно для себя стала женой Ги, который был старше ее на 20 лет…

Как ни старался муж образумить пылкую юность, это не сработало. Никаких отеческих чувств и поучений не хватало, чтобы отвлечь ее от ночных клубов и попоек. А составить компанию у Шеллера не хватало ни желания, ни здоровья. «Когда однажды я зашла в квартиру и увидела Ги, читающего на диване газету, то сказала себе: «Что я наделала? Неужели до конца дней буду жить с мужем, читающим газеты?» Упаковала чемоданы и вышла из дома. Навсегда. Муж лишь крикнул: «Ты куда?» Это был развод без сцены, — спокойно, без хвастовства будет позже рассказывать она. — Ради справедливости надо добавить, что мой поступок его не огорчил. Если бы я увидела, что он несчастен, может быть, так бы не поступила».

Вместе с новым любовником Саган отправилась на юг. Он был женат, ее это целиком устраивало: никаких обязательств, никаких уз. Она еще лишь единожды не удержится и выйдет замуж — за Боба Уэстхоффа, бывшего американского военного, сменившего службу на хлеб манекенщика и титул скульптора. Он тоже любил кутежи, вел богемную жизнь и тоже не слишком-то стремился создавать семью. Но Франсуаза забеременела, и они сыграли роскошную свадьбу в замке. 26 июня 1962 года у них родился сын Дени.

«Отец мой был человеком очень легкомысленным, — будет вспоминать он. — У него не было никакой профессии, он ничего не умел делать и только весело проводил время в маминой компании. Ему надо было придумать себе занятие, а поскольку он поселился на Монмартре — в мастерской, где стояла печь для обжига глины, то и называл себя скульптором. Правда, потом отец переводил книги Франсуазы Саган… Когда мама забеременела, они поженились. И хотя они любили друг друга, мама решила развестись — ей не нравилось носить обручальное кольцо. Однако после развода они прожили вместе еще семь лет».

sagan_2Франсуаза Саган — развод с мужем

Расставшись с мужем, Саган зареклась когда-либо еще выходить замуж. «Семейные обеды — как спаржа с уксусом. Есть ее немыслимо. Счастье мимолетно и лживо, вечной бывает только печаль», — скажет она и вернется к творчеству, оставив сына на попечение нянек. К слову, Дени ни разу не упрекнул мать за это: «Она относилась ко мне очень внимательно. Она не из тех матерей, которые штопают носки ребенку, но она следила за моими оценками в школе, защищала от папарацци и от всяких сплетен, делала все, чтобы я получил хорошее образование, не подсел на наркотики, мало пил».

Сама же Франсуаза обладала всем набором пагубных привычек. Хотя журналистам она будет говорить, что пила, как это принято у французов, а наркотики вообще досужая выдумка, но после автокатастрофы ей пришлось долго бороться с пристрастием к опиатам, а позже от ареста за покупку и хранение наркотиков ее спасет только дружба с президентом Франсуа Миттераном.

Кстати, а вот слухи об их любовной связи в действительности были лишь выдумкой. Миттеран был ее «идеальным другом», как она его называла. Обладая добрым сердцем, он не раз выручал взбалмошную писательницу, а однажды в буквальном смысле слова спас ее от смерти. В Боготе, когда ей стало плохо, он не только поднял на ноги всех лекарей, но и распорядился транспортировать Франсуазу на его личном самолете во французскую больницу. Увы, через месяц после смены власти — к рулю встал Жак Ширак, — в дом к Саган пришла налоговая. «В результате проверки оказалось, что она должна фиску миллион евро, — вспоминает сын. — У нее, разумеется, не было таких денег. Тогда налоговая служба блокировала все ее счета. Мама оказалась полностью разоренной. У нее забрали дом, мебель, деньги, которые она получала от разных издательств…» Фредерик Бегбедер взывал к властям:

«Франция убивает своего последнего литературного гения. Мне стыдно за мою страну. Когда Саган умрет, все явятся на ее могилу, чтобы поклониться ее праху. Невежественные правители! О Саган будут вспоминать, когда вас все давно забудут!» — но не смог докричаться. Писательница действительно умерла в нищете. Перед этим она 19 дней провела в загородной больнице — в забытьи, под кислородной маской. Сын все время находился рядом и слышал, как иногда она, приходя в себя, шептала: «Я не хочу так умирать». «Знаете, я сильно тосковал и мог часами сидеть у ее могилы, — делился Дени. — А позже я понял: мама была очень счастливым человеком. Она могла бы похвастаться тем, что прожила жизнь «по большому счету» — на полную катушку, без тормозов».

Она обожала казино и скачки. Не отказывалась от спиртного, несмотря на запреты врачей. Она могла отдать все наличные нищему или просадить гонорары за одну ночь в клубе. И она ни разу не сорвала сроки, установленные издательством. Она написала 22 романа, 2 сборника новелл, 7 пьес и 3 книги очерков. Она была великой Франсуазой Саган, открывшей читателям красоту любви и неизбежность грусти.

 

 

34 7 1 46 5 10 37 45

Оставить комментарий